Окурочек – Юз Алешковский

Эта песня посвящена тем дядям и тетям, которые мне в детстве оставляли покурить.

Из колымского белого ада
Шли мы в зону в морозном дыму,
Я заметил окурочек с красной помадой
И рванулся из строя к нему.

“Стой, стреляю!” – воскликнул конвойный,
Злобный пес разодрал мой бушлат.
Дорогие начальнички, будьте спокойны –
Я уже возвращаюсь назад.

Баб не видел я года четыре,
Только мне, наконец, повезло –
Ах, окурочек, может быть, с Ту-104
Диким ветром тебя занесло.

И жену удавивший Капалин,
И активный один педераст
Всю дорогу до зоны шагали, вздыхали,
Не сводили с окурочка глаз.

С кем ты, сука, любовь свою крутишь?
С кем дымишь сигареткой одной?
Ты во Внукове спьяну билета не купишь,
Чтоб хотя б пролететь надо мной.

В честь твою зажигал я попойки
И французским поил коньяком,
Сам пьянел от того, как курила ты
“Тройку” С золотым на конце ободком.

Проиграл тот окурочек в карты я,
Хоть дороже был тыщи рублей.
Даже здесь не видать мне счастливого фарту
Из-за грусти по даме червей.

Проиграл я и шмутки и сменку,
Сахарок за два года вперед.
Вот сижу я на нарах, обнявши коленки, –
Мне ведь не в чем идти на развод.

Пропадал я за этот окурочек,
Никого не кляня, не виня.
Господа из влиятельных лагерных урок
За размах уважали меня.

Шел я в карцер босыми ногами,
Как Христос, и спокоен и тих.
Десять суток кровавыми красил губами
Я концы самокруток своих.

– Негодяй, ты на воле растратил
Много тыщ на блистательных дам!
– Это да, – говорю, – гражданин надзиратель,
Но только зря, – говорю, – гражданин надзиратель
Рукавичкой вы мне по губам.

Только зря, – говорю, – гражданин надзиратель,
Рукавичкой вы мне по губам.

1963

Антология бардовской песни. Автор-составитель Р. Шипов – М.: Изд-во Эксмо, 2006

Первая строка – возможно, навеяна лагерной песней “Я живу близ Охотского моря” (Из колымского дальнего края / Шлю тебе свой горячий привет…), которая относится к 1933-34 гг.

ВАРИАНТЫ (4)

1. Окурочек

Юз Алешковский

Из колымского белого ада
Шли мы в зону в морозном дыму,
Я заметил окурочек с красной помадой
И рванулся из строя к нему.

«Стой, стреляю!» — воскликнул конвойный,
Злобный пес разодрал мой бушлат.
Дорогие начальнички, будьте спокойны –
Я уже возвращаюсь назад.

Баб не видел я года четыре,
Только мне наконец повезло –
Ах, окурочек, может быть, с «Ту-104»
Диким ветром тебя занесло.

И жену удавивший Капалин,
И печальный один педераст
Всю дорогу до зоны шагали, вздыхали,
Не сводили с окурочка глаз.

С кем ты, сука, любовь свою крутишь,
С кем дымишь сигареткой одной?
Ты во Внуково спьяну билет свой не купишь,
Чтоб хотя б пролететь надо мной.

В честь твою зажигал я попойки
И французским поил коньяком,
Сам пьянел от того, как курила ты «Тройку»
С золотым на конце ободком.

Проиграл тот окурочек в карты я,
Хоть дороже был тыщи рублей.
Даже здесь не видать мне счастливого фарту
Из-за грусти по даме червей.

Проиграл я и шмотки, и сменку,
Сахарок за два года вперед,
Вот сижу я на нарах, обнявши коленки,
Мне ведь не в чем идти на развод.

Пропадал я за этот окурок,
Никого не кляня, не виня,
Господа из влиятельных лагерных урок
За размах уважали меня.

Шел я в карцер босыми ногами,
Как Христос, и спокоен, и тих,
Десять суток кровавыми красил губами
Я концы самокруток моих.

«Негодяй, ты на воле растратил
Много тыщ на блистательных дам».
«Это да, — говорю, — гражданин надзиратель,
Только зря, — говорю, — гражданин надзиратель,
Рукавичкой вы мне по губам».

Блатная песня: Сборник. – М.: Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2002

2. Окурок

Из колымского белого ада
Шли этапом в морозном дыму.
Я заметил окурочек с красной помадой
И рванулся из строя к нему.

Баб не видел я года четыре,
Только вот, наконец, повезло.
Может быть, тот окурочек «ТУ-104»
Диким ветром сюда занесло.

И жену задавивший татарин,
И активный один педераст
Всю дорогу ходили по зоне, вздыхали,
Не сводили с окурочка глаз.

С кем ты, лярва, любовь свою крутишь,
С кем дымишь сигаретой одной.
Знаю, даже по пьянке билета не купишь,
Чтоб хотя б пролететь надо мной.

В честь твою зажигал я попойки
И французским поил коньяком.
Сам хмелел, что курил эту «Тройку»
На конце с золотым ободком.

Попадал я за этот окурок,
Никого не виня, не кляня.
Господа из влиятельных урок
За размах уважали меня.

Проиграл тот окурочек в карты,
Хоть дороже был тыщи рублей.
И теперь не видать мне счастливого фарту
Из-за грусти по даме червей.

Проиграл я и шмотки, и сменку,
И ларек за два года вперед.
И сижу я на наре, поджавши коленки,
Так как не в чем идти на развод.

Негодяй, я на воле потратил
Много тыщ на блистательных дам.
Так за что же тогда, гражданин надзиратель,
Кулачищем меня по зубам.

В карцер шел я босыми ногами
Как Христос был спокоен и тих
Десять суток кровавыми красил губами
Я конец самокруток своих.

Российские вийоны. – М.: ООО «Издательство АСТ», ООО «Гея итэрум», 2001. – без указания автора

3. Окурочек

Из колымского белого ада
Шли мы в зону в морозном дыму,
Я заметил окурочек с красной помадой
И рванулся из строя к нему.

«Стой, стреляю!» — воскликнул конвойный,
Злобный пес разодрал мой бушлат.
Дорогие начальнички, будьте спокойны,
Я уже возвращаюсь назад.

Баб не видел я года четыре,
Только мне наконец повезло –
Ах, окурочек, может быть, с «Ту-104»
Диким ветром тебя занесло.

С кем ты снова любовь свою крутишь,
С кем дымишь сигаретой одной?
Ты во Чвукове спьяну билета не купишь,
Чтоб хотя б пролететь надо мной…

В честь твою заводил я попойки
Всех французским поил коньяком,
Сам пьянел от того, как курила ты «Тройку»
С золотым на конце ободком.

Проиграл тот окурочек в карты я,
Хоть дороже был тыщи рублей.
Даже здесь не видать мне счастливого фарту
Из-за грусти по даме червей.

Проиграл я и шмотки, и сменку,
Сахарок за два года вперед…
Вот сижу я на нарах, обнявши коленки,
Мне ведь не в чем идти на развод.

Пропадал я за этот окурок,
Никого не кляня, не виня,
Господа из влиятельных лагерных урок
За размах уважали меня.

Шел я к вахте босыми ногами,
Как Христос, и спокоен и тих.
Десять суток кровавыми красил губами
Я концы самокруток своих.

«Негодяй, ты на воле растратил
Миллион на блистательных дам!..»
«Только зря, — говорю, — господин надзиратель,
Рукавичкой вы мне по губам…»

…Из колымского белого ада
Шли мы в зону в морозном дыму…
Я заметил окурочек с красной помадой
И рванулся из строя к нему.

Сиреневый туман: Песенник / Сост. А. Денисенко. Новосибирск, “Мангазея”, 2001

4. Из колымского белого ада

Из колымского белого ада
Шли мы в зону в морозном дыму.
Я заметил окурочек с красной помадой
И рванулся из строя к нему.

– Стой, стреляю! – воскликнул конвойный.
Злобный пес разорвал мне бушлат.
Дорогие начальники, будьте покойны,
Я уже возвращаюсь назад.

Баб не видел я года четыре,
Но и мне, наконец, повезло.
Эх, окурочек! Может быть с ТУ-104
Диким ветром тебя занесло?

Мужики все, до зоны шагая, вздыхали,
Не сводили с окурочка глаз,
Все мы волю в тот час вспоминали
И невест, ожидающих нас.

С кем ты, Маня, любовь свою крутишь?
С кем дымишь сигаретой одной?
Знаю, даже билета не купишь,
Чтоб хотя пролететь надо мной.

В честь твою затевал я попойку
И французским поил коньяком.
Сам пьянел от того, что курил эту тройку,
С золотым на конце ободком.

Пострадал я за этот окурок,
Никого не виня, не кляня,
Господа из влиятельных урок
За размах уважали меня.

Проиграл тот окурок я в карты,
Хоть дороже он тыщи рублей.
Даже тут не видать мне счастливого фарта.
Подвела меня дама червей.

Проиграл я и шмотки, и сменку.
Сахарок за два года вперед.
И сижу я на нарах, обнявши коленки,
Мне ведь не в чем идти на развод.

– Негодяй! Ты три года потратил,
На прекрасных, блистательных дам!
Только зря, говорю, гражданин надзиратель,
Бьешь меня кулаком по губам.

Шел я в карцер босыми ногами,
Как Христосик спокоен и тих.
И кровавыми красил губами
Я концы сигареток своих.

Песни узников. Составитель Владимир Пентюхов. Красноярк: Производственно-издательский комбинат “ОФСЕТ”, 1995. – без подписи.

Закладка Постоянная ссылка.